Сталиг уже собирал пузырьки и склянки в потертую кожаную сумку. Узрев такое, даггам замолчал, не закончив фразы, и угрожающе уставился на Ронина.

- Ты не помощник, - тон "безопасного" стал ледяным. - У тебя меч. Ты меченосец. Я жду объяснений.

Сталиг замер, приостановив свои сборы, но не спешил повернуться к ним лицом. Номер не прошел, констатировал про себя Ронин. Ладно, попробуем выкрутиться.

- Конечно, я меченосец, - сказал он как можно спокойнее. - Но я, как вы видите, не состою при саардине. Так что у меня много свободного времени, и я иногда помогаю целителю.

Сталиг закрыл свою сумку и повернулся к ним.

- Я готов. Пойдемте. - Он покосился на Ронина. - Тебе лучше пойти со мной.

- Это, несомненно, развеет скуку, - отозвался тот, не спуская глаз с даггама.

Они прошли по коридору и вступили под закругленный каменный свод. Стены здесь были покрашены в серый цвет. Когда-то ровный и однородный слой краски теперь был покрыт темными пятнами глубоко въевшейся грязи. За долгие годы пренебрежения и упадка краска на стенах кое-где пооблупилась, а кое-где выцвела до белизны. Во многих местах были заметны разбегавшиеся паутиной трещины, напоминавшие цепкие и живучие растения, тянущиеся к свету.

По обеим сторонам коридора тянулись в ряд дверные проемы, расположенные через равные интервалы. Там, где еще оставались двери, они были закрыты наглухо. Пустые проемы зияли затхлой темнотой, в которой смутно угадывались очертания комнат, заваленных по углам бумагами и каким-то мусором. За исключением этих жалких продуктов человеческой деятельности, помещения были пусты - лишь иногда кое-где раздавалось шуршание: то скрежет когтя, то промельк хвоста.

Постепенно серый цвет стен сменился поблекшим синим. Даггамы повернули налево в темный проход во внутренней стене коридора. Сталиг и Ронин последовали за ними. Никто из них даже и не взглянул на неисправный лифт.