Радио продолжало хранить ставшее тягостным молчание. Час шел за часом, солнце соскользнуло к далекому красному горизонту, а Альф больше так и не пытался заговорить. Как будто ему больше нечего было сказать Джеку Картеру. Но ведь это не так: Альфу нужно еще как-то оправдать свои действия!

И тогда Картер произнес, тяжело вздохнув:

— Ты не сможешь поймать меня, Альф.

— Да, но я могу оставаться позади тебя столько, сколько сочту необходимым.

— Ты можешь оставаться сзади меня лишь двадцать четыре часа. У тебя запас воздуха на сорок восемь часов. Я не верю, что ты способен на самоубийство только ради того, чтобы расквитаться со мною.

— Не рассчитывай на это. Но в этом нет ни малейшей необходимости. Завтра в полдень ты уже будешь гнаться за мною. Тебе нужен будет воздух для дыхания, как и мне самому.

— Вот, смотри, — сказал Картер.

Баллон с кислородом, покоившийся у него на коленях, был пуст. Он перебросил его через борт и теперь смотрел, как он катится вниз по склону.

— У меня один баллон сверх комплекта, — сообщил он и улыбнулся, настолько приятно было ему сбросить с плеч так тяготивший его груз этой маленькой хитрости.

— Я смогу прожить на четыре часа дольше, чем ты. Хочешь повернуть назад, Альф?

— Нет.

— Он не стоит этого, Альф. Ведь он ничего из себя не представлял, этот гомик.

— И только из-за этого он должен был умереть?

— Да, должен был, после того, как этот сукин сын стал делать закидоны в мою сторону. А может быть, ты и сам чуток такой же?