- Но я-то не имею отношения к той линии.

- Возможно, хотя как знать? Бури признают тебя законной наследницей, а только это и имеет значение. Они не могут отличить тебя от той, что родилась в Акахларе. Ты уже знаешь, что можешь их вызвать, и они повинуются тебе, по крайней мере пока ты в Акахларе.

Сэм вздохнула:

- Так как, черт возьми, я должна действовать и думать?

- Надо исходить из того, что имеешь. Ты Принцесса Бурь, ты толстуха, и тебя не привлекают мужчины. Помнишь то время, когда ты жила на фермах герцога Паседо? Когда была Майсой?

- Да. Конечно. Это было по-своему счастливое время.

- Но там почти все были жертвами Ветров Перемен или каких-то проклятий, которые сделали из них чудовищ, по понятиям акхарцев. Помнишь летающего юношу, сына герцога? Разве они были неприятны тебе только потому, что сильно отличались от обычных людей?

- Конечно, нет! В них сплошь и рядом было гораздо больше человечности, чем во многих акхарцах. Они просто были жертвами обстоятельств, им не подвластных!

- А ты веришь, что акхарцы - высшая раса, которая имеет право вечного господства над другими расами в других мирах только потому, что эти другие расы не похожи на акхарцев или не признают их культуру?

- Конечно, нет! Здешняя система очень напоминает тот расизм, с которым можно столкнуться в моем родном мире.

- А помнишь свое видение Ветра Перемен? - настаивал дух, читая ее воспоминания. - Того мальчика-подростка, которого изуродовал Ветер?

- Да! А когда солдаты нашли его, он умолял их о пощаде, потому что внутри-то он оставался прежним. Но его убили! Это было ужасно!

- Что же, мы должны считать не похожих на нас низшими существами или даже убивать всех изувеченных, изуродованных, искалеченных?

- Что за бред! К чему ты клонишь?

Отражение смотрело ей прямо в глаза.