За это все выпили весьма охотно, как и за многое другое, но уже через каких-то полчаса за столом завязался оживлённый разговор и поскольку основное число гостей «Оффенсио» имело отношение к военной медицине, космолётчики стали расспрашивать медиков о том, что те собираются с ними делать в самое ближайшее время. Как это уже было известно всем, через девять часов линкор должен был достичь звёздной системы Экситуса. Больше всего, однако, всех интересовали даже не то, как их будут превращать в примипилариусов, а то, как действует тэ-вакцина.

Из того, что сказал об этом профессор Стрелт Винер, получалось буквально следующее: — тэ-вакцина дока Стрелли была способна сделать прекрасным пилотом-техноэмпи каждого третьего обитателя галактики и уже через три дня после инъекции он мог иметь тэ-коэффициент равный в среднем ноль шестидесяти двум. У рианонцев, по его словам, он может доходить даже до ноль семидесяти девяти, у стиланцев и других хомо от ноль шестидесяти четырёх до ноль семидесяти трёх, у гуманоидов, кроме ронн, от ноль пятидесяти двух до ноль пятидесяти восьми и только у ронн, особенно женщин, он доходит до ноль восьмидесяти пяти и при этом почти девяносто процентов этой расы фелиноидов способны стать техноэмпи. У хомо этот процент был несколько ниже, семьдесят пять. Тэ-коэффициент хойниро составлял всего ноль сорок пять, но вся прелесть тэ-вакцины дока Стрелли в том и заключалась, что она была способна повысить и их тэ-коэффициент практически вдвое.

Николай выслушивал объяснения дока Стрелли со скучающим видом и только что не зевал, когда тот рассказывал его друзьям о всех этих чудесах. Прекрасно понимая, что ему самому тэ-вакцина уже ничего не сможет добавить в плане повышения техноэмпатии, Николай даже принялся потихоньку ворчать, а когда Дядюшка Сальве, посадивший его справа от себя цыкнул, чтобы он заткнулся, тихо сказал: