Через час Красев уже сидел за столиком в уютном ресторанчике Дома писателей и попивал кофе, оглядывая пустой в это время дня зал. Чувствовал он себя здесь вполне комфортно, ожидая начала скорого общения с людьми, которых хорошо знал и любил в новом своем обличий. И вот тут-то Нормаль и напомнила о себе.

Чуть кольнуло в кончике мизинца левой руки. Сигнал. Вячеслав откинулся на спинку стула и закрыл глаза.

"Слушаю".

"Прорыв. Синусоидальное возмущение по вектору. Вероятность хроноудара - 67,9%. Предполагаемая мощность - 19 000 хроноватт".

"Эпицентр?"

"Середина 1938 года. С большей точностью определить не берусь".

Вот этого никак не ожидал.

"Переход!" - скомандовал Вячеслав.

И выскочил из основного вектора. Наблюдай за ним кто-нибудь в этот момент, он увидел бы, как тело известного писателя Красева вдруг выгнулось, рассыпаясь снопом ярко-желтых быстро гаснущих искр.

Как всегда, при переходе из вектора на Светлую Сторону времени Вячеслав испытал прокатившуюся от головы до пят волну боли - следствие моментальной перестройки организма. Он стиснул зубы, чтобы не застонать. Теперь даже с закрытыми глазами Красев видел потоки времени. Конечно, не все, что переполняют собой Светлую Сторону: Нормаль, оберегая сознание, преднамеренно сужала поле этого внутреннего зрения, вычленил и обрисовывая лишь основные векторы, но и так, даже лишенное каких-либо красок, зрелище впечатляло.

Сквозь веки закрытых глаз Вячеслав видел альветви, расщепляющиеся в далеком грядущем: там, где нет и не будет никогда более человека как вида, как существа, чрезвычайно ограниченного в восприятии процессов, происходящих в мире. Вместе с тем Вячеслав видел клубок начала времен, где Большой Взрыв сгустка спрессованных сверхтяжелых проточастиц породил в одно мимолетное мгновение все сущее: энергию, материю, время. Видел он все это вечно растущее, вечно подвижное, вечно живое дерево, имя которому Вселенная.