Курсантов построили в две шеренги вдоль по бесконечному, созданному применением все тех же "петелек" коридору, и теперь они молча слушали транслируемую с лазерного диска запись вдохновенного выступления генерала-героя Семена Вознисенского.
- Товарищи курсанты, - говорил генерал, - с сегодняшнего дня на вас, на ваши плечи ложится огромная ответственность. Неоднократно враги Коммунизма, враги Нашей-Социалистической-Родины пытались насильственными методами переделать историю Первой-В-Мире-Страны-Советов, чтобы добиться таким образом краха единственного Подлинно-Народного-Строя, добиться такого положения вещей, такого совпадения случайностей, который помешал бы свершиться Великому-Октябрю, помешал бы нашему Народу, нашим Вождям реализовать величайшую, самую героическую эпоху за всю историю существования человечества. Ваша задача - противостоять поползновениям буржуазных выродков и ренегатов всех мастей. И я думаю, вы покажете себя достойными офицерами, осознающими свою высокую ответственность перед Родиной в деле защиты понедельников...
На левом фланге, на самом краю - там, где коридор сектора наконец заканчивался, стоял, вытянувшись по стойке "смирно" небольшого роста курсант по имени Игорь Бабаев. Нельзя назвать его карликом или лилипутом просто ростом не вышел человек: метр шестьдесят при вполне нормальном телосложении. В курсантской среде, где никого, за исключением Игоря, не найти было ниже метра семидесяти пяти, кое-кто порой задавался вопросом, по какой такой уважительной причине Бабаев оказался в рядах Школы. И Бабаев сам - должно быть, почаще других - задавал себе этот вопрос, вспоминая насколько сильный шок испытал (в равной степени были поражены и его родители, служащие сектора "Эталон-71"), когда модуль профориентации БК КОЗАП выдал на дисплей: "БАБАЕВ И. В. - ОФИЦЕРСКАЯ ШКОЛА, РЕГИСТР А-657, СЕКТОР "КОРРЕКЦИЯ-38". С той поры и началась эта удивительная, интересная жизнь, которой Игорь никогда для себя не ждал и причиной поворота к которой до сих пор считал некий сбой в Большом Компьютере Корпуса, хотя никому и не высказывал эти свои крамольные предположения вслух.