– Это тебе, дружок. Подарок.

Мы по очереди вылупили глаза на гостинцы, на дядю Костю, друг на друга.

Дядя Костя вытер гладкую макушку платком и почему-то вздохнул. Он очень волновался.

– А мама ваша дома? - осторожно спросил он.

А я подумал - может, он в нее влюбился и пришел предложить ей руку и сердце вместе со своим «Колесом оборзения». А нас хочет задобрить подарками, чтобы мы замолвили за него словечко. Но нет, когда дядя Костя узнал, что мы одни дома, он заметно обрадовался и засуетился:

– Кушайте, кушайте. Если надо, я еще принесу. Вы только скажите.

Я еще откровенно недоумевал, а Алешка уже что-то смекнул и намекнул:

– Вообще-то я очень квас обожаю, «Белоозерский».

Дядя Костя с готовностью вскочил:

– Один момент, дружок. Сбегаю. - И тут же исчез за дверью.

– Ты нахал, Алешка, - сказал я.

Но он не обратил на эти слова никакого внимания - все внимание у него сосредоточилось на плейере.

– Видачок, что ли, у него попросить? - деловито и раздумчиво пробормотал он.

– Когда придет дядя Костя, - строго сказал я, - ты поблагодаришь его и вернешь ему плейер.

– Щас! Разбежался! - был лаконичный ответ. - И не подумаю!

И тут он мне объяснил:

– Дим, ведь дядя Костя нам взятку принес. Что ты рот разинул? У него, наверное, какие-нибудь проблемы.

– А мы-то при чем?

– Он хочет, чтобы папа ему помог, к нам подмазывается.

Алешка оказался прав только отчасти.

… Дядя Костя прибежал еще больше взволнованный. Его лысина еще больше блестела от пота и футболка промокла на круглом животе.

– Вот! - сказал он, протягивая Алешке запотевший баллон с коричневой жидкостью. - Русский квас «Белоозерский». Холодненький.

– Спасибо, - поблагодарил его Алешка. - Мне еще клубника нравится.