– А насчет других сокровищ, - подмигнул полковник Алешке, - открою тебе тайну: в этом озере их видимо-невидимо. На самом его далеком дне уже почти двести лет скрыты от алчных глаз и жадных рук серебро и золото. И драгоценные камни. И старинное драгоценное оружие. И даже золотая корона с бриллиантами одной нашей императрицы. И ее изумрудное ожерелье необыкновенной красоты.

– С этого места - нельзя ли поподробнее, - заинтересовалась и мама, услыхав про ожерелье.

– А зачем она, эта твоя императрица, его туда забросила? - недоуменно заинтересовался и Алешка. - От вредности?

– Ничего она туда не бросала. Темные вы у меня люди, - папа вздохнул и тоже уселся на песок, обхватил руками колени и устремил задумчивый взор в блестящую даль озера. А точнее - в темные глубины прошлых веков. - Двести лет назад здесь, среди жестоких снежных вьюг и ранних морозов, отступал один из отрядов наполеоновских войск. Солдаты были измучены сражениями и холодом, ранами и голодом, бесславным поражением. Они брели из последних сил. А по пятам и со всех сторон их преследовали славные усатые гусары и беспощадные бородатые партизаны Дениса Давыдова, гнали французов из пределов России штыком и саблей, топором и вилами…

– Ну, пап! - взвыл Алешка. - Это уж ты очень подробно рассказываешь. Как на уроке!

– И ничего, кстати, нового не сообщил, - поддержала его мама. - Школьный курс. «Гусарская баллада». Ты про ожерелье рассказывай. Покороче.

– Хорошо, - покладисто согласился папа, скрывая усмешку. - Я - в двух словах: ожерелье утонуло в озере. Теперь вам все понятно? - И он встал, вернулся к машине и начал доставать из багажника наши чемоданы. Проучил, значит, темных членов своей семьи.