Надя сидела на скамейке, глядя на море сквозь темные очки. Рядом с нею лежал яркий журнал с пальмами и морем на обложке.

Максим сел рядом и взял журнал в руку.

– Хорошо, что он лежал совсем рядом с тобой, – сказал он, – мы умерли мгновенно. Гораздо тяжелее было тем пассажирам, которые остались на других уровнях. Некоторые были ранены, а некоторые просто утонули в океане… Но теперь ты все-таки избавилась от него. Его посадят надолго.

– Я надеюсь.

Он перелистал журнал и вырвал из него страницу.

– Почему ты плачешь? Ничего не потеряно. Они все равно отправят нас на Новые Сейшелы. Ты получишь несколько дней дополнительного отпуска.

– Мне снова придется лететь.

– Теперь ты можешь быть спокойна. Бомба не падает в одну воронку дважды.

– Я думаю, что откажусь, – сказала она. – Я уже не хочу никаких пляжей. Я ничего больше не хочу!

– Даже со мной?

– Даже с тобой. Я вот что думаю. Вся эта сцена в самолете была подстроена. Они нашли Рахмана давным-давно и уже давно готовили его. Потом они подстроили так, чтобы я открыла ту самую баночку кофе, чтобы я выиграла поездку на двоих. Может быть, они даже подстроили то, чтобы я в тот момент подумала о тебе. Они ведь могут это. Может быть, они даже подстроили наши семейные неприятности с Рахманом. Они испортили мою жизнь. Я ненавижу их. Они используют нас, как одноразовые перчатки. Или как многоразовые, так будет точнее.

Она посмотрела на свои новые руки. На ногтях еще не было лака.

– Может быть, они подстроили и ту пощечину, которую я получил шесть лет назад? – спросил Маским.

Она задумалась.

– Нет, та пощечина была настоящей. Честное слово. Что ты делаешь с этим листком бумаги?