– Есть, сэр! – отрапортовала Вайс, поворачиваясь к консоли.

Улыбалась она при этом не менее леденящей улыбочкой, чем старпом Энгельман. Тяжелый крейсер начал менять курс.

Третьим в обмене ледяными ухмылками стал капитан. Он жестом отпустил Энгельмана на место и откинулся на спинку командирского кресла в ожидании ответа с «Каравана» на требование Хоффнера лечь в дрейф. Глаза невольно вернулись к светящейся на дисплее иконке, и улыбка поблекла.

Здесь, в Силезской конфедерации пиратство существовало всегда. Силезия и в лучшие годы представляла собой бурлящий политический котел, а нынешний, тысяча девятьсот восемнадцатый год с начала расселения человечества по звездам, был исключительно далек от эпитета «лучший». Фактически, за последние пятнадцать стандартных лет дела в конфедерации – даже по хилым стандартам Силезии –стремительно катились под откос.

И хотя Глокауэру, как и любому андерманскому офицеру, очень не хотелось это признавать, но уже два столетия разгулу пиратства в Силезии препятствовал в основном Королевский Флот Мантикоры. Лишь в последние приблизительно сто стандартных лет Андерманский Императорский Флот дорос до мощи и численности, позволяющей претендовать на долгосрочный полицейский контроль в регионе. Глокауэр знал это, и знал также, что только в последние пятьдесят – максимум семьдесят пять – лет андерманский торговый флот перестал быть слишком ничтожным, чтобы оправдать расходы, необходимые для создания и развития легких сил флота, единственно способных реально препятствовать кровавым набегам пиратов и каперов конфедерации.

Конечно, борьба с пиратством – долг каждого офицера космического флота, но интересы империи в Силезии диктовались отнюдь не только потерями на торговых путях. Более того, эта задача даже не ставилась как приоритетная. Истинные интересы империи были, безусловно, сосредоточены на обеспечении безопасности дальних рубежей и перспективах территориальной экспансии.