И тут дядюшка вспомнил:

— Мне о тебе говорил Выкто, который живёт в подвале. А что же ты там делал, в этой подушке?

Тыкто медленно, словно на парашюте, опустился в большую стеклянную вазу. Затем высунул из вазы голову:

— Как это что я делал в подушке? Придумывал тебе сны, а ты думал, что ты их придумывал, в то время как ты их вовсе не придумывал. А думал ты так потому, что не знал, кто их тебе придумывал, а их тебе придумывал я, хотя ты думал, что ты их…

— Хватит! — взмолился дядюшка. — От этого «думал» я вообще не смогу думать.

— Ты вредный, — обиделся Тыкто, — целый месяц где-то пропадал, а теперь даже поиграть в «думал — не думал» не хочешь. А я тебе ещё сны придумывал. Разноцветные, — всхлипнул Тыкто и спрятался в вазе с головой.

— Не обижайся, — извинился дядюшка. — Мне сегодня не до игр. Я должен узнать, где спит Дождь.

Дядюшка заглянул в вазу, думая, что обиженный Тыкто, наверное, плачет. Ничего подобного. Тыкто щёлкнул дядюшку по носу и засмеялся.

Он вылетел из вазы и снова начал кружиться по комнате.

— Ты хочешь узнать, где спит Дождь? Так это что, загадка?

— Вроде бы…

— Тогда это не по честному. Почему первый загадываешь ты, а не я? Первый загадываю я.

И не успел дядюшка Свирид возразить, как Тыкто спросил:

— Что это такое: было красное — стало белое?

— Не знаю, — сказал дядюшка Свирид.

— Это подушка, — рассмеялся Тыкто, на красную наволочку надели белую. Теперь слушай новую загадку. С одной стороны белая, а с другой чёрная. Что это?

— Не знаю.

— Это тоже подушка, — расхохотался Тыкто. — С одной стороны спит грязнуля, а с другой стороны никто не спит, поэтому она белая.

— Ну а что это такое? — загадал он новую загадку. — С одной стороны чёрное и с другой стороны тоже чёрное?

— Это подушка, — сказал дядюшка, — грязнуля перевернул её на другую сторону.