Невидимый Фистус вырвал из рук Эжелины веник, затем установил его перед кучкой мусора, как обычно хоккейную клюшку устанавливают перед шайбой, и с размаху попытался забросить мусор в ближайший угол чердака. Огромное плотное облако серой пыли вылетело из-под веника и окутало девочку с ног до головы. Громкое чихание Фистуса огласило своды чердака. В конце концов он чихнул так громко, что снова стал видимым.

– Веник какой-то не такой, – проговорил Фистус, разглядывая метлу, после того, как они пришли в себя. – Да и пыль тоже какая-то не такая.

– И чердак какой-то не такой, – вздохнула Эжелина.

– И чердак, – согласился Фистус, не подозревая подвоха.

– И день не такой.

– И день.

– И Фистус какой-то не такой.

– И Фистус тоже. Постой, постой. Что это ты там говоришь? – пробормотал старичок, подозрительно уставившись на Эжелину.

Та залилась в ответ весёлым смехом.

– Вот ты тут смеёшься, занимаешься всякой ерундой, – обиженно проговорил Фистус. – А у нас, между прочим, есть неотложное дело.

– Я не занимаюсь ерундой. Я занимаюсь наведением порядка.

– Это одно и то же, – произнёс Фистус, презрительно отталкивая веник ногой. – Возиться с веником в тот момент, когда твои друзья томятся за решёткой! Фи!!!

– Мои друзья томятся за решёткой?

У Эжелины от удивления округлились глаза.

– Ну, конечно, – продолжал Фистус убеждённо. – Ведь теперь ты мой друг. Так?

– Да, всё верно. А разве ты уже за решёткой?

– Не перебивай. Речь идёт не обо мне. Так, на чём мы там остановились? А… Да. Так вот, значит, ты мне друг.

Эжелина утвердительно кивнула.

– А раз так, то мои друзья становятся твоими друзьями. Понятно?

– Понятно, – согласилась Эжелина, всё ещё не понимая, чего же всё-таки хочет от неё дядюшка Фистус.

– Значит, если мои друзья за решёткой, то и твои пребывают там же. Так? Ой, погоди, что-то я сам запутался.