– Вы ещё не ушли? Это замечательно. Эжелина, я хотела бы тебя попросить об одной малости. Если ты, живя у господина Фистуса, встретишь кого-нибудь из моих знакомых, то скажи им, что Фистус – твой родной дядя. Договорились?

– Хорошо, хорошо, мадам. Я всё понял, – вмешался Фистус. – Для ваших знакомых я – родной дядя Эжелины. Можно даже им сообщить, что я ваш родной брат.

– О нет, – вдруг заупрямилась Клотильда, – вот этого как раз говорить не стоит.

– Стоит, мадам, стоит, – заверил Фистус. – Вот тогда про вас действительно никто дурно не подумает. Быть сестрой такой выдающейся личности, как я… Согласитесь, это почётно. К тому же мне кажется, что наши лица похожи. Никто не заподозрит обмана!

Клотильда хотела было что-то возразить, очевидно, по поводу похожести, но Фистус, таинственно прищурившись, один раз повернул кольцо на пальце и схватил девочку за руку. Сначала Эжелина не заметила ничего необычного, но когда увидела лицо мачехи, то поняла: что-то всё-таки случилось.

Клотильда смотрела на Эжелину и Фистуса вытаращенными от непонимания и испуга глазами, смотрела и словно не видела их.

– Эжелина, ты где? – прошептала она.

Стараясь как можно меньше шуметь, оба невидимки спустились вниз по лестнице на несколько этажей и только потом вызвали лифт.

– Ну как? – спросил старичок.

– Здорово!

– А хочешь – полетаем? – предложил дядюшка Фистус, хитро улыбаясь.

– Хочу, – ответила Эжелина и почувствовала, как сердце в груди замирает от счастья.

– А не заснёшь, пока летишь?

– Нет, нет. Я не засну. Я не хочу спать.

– Ну хорошо, – смягчился Фистус, – я что… Мне не жалко. Только вот боялся, что ты заснёшь. У нас уже случилась подобная история двести лет назад. Мой приятель заснул на лету и врезался головой в телеграфный столб. Шляпу смял в лепёшку, бедняга. Пришлось покупать новую.