Может быть Канна был гораздо более осторожен, чем требовалось, однако этот мир уже успел преподнести юному воину слишком много жестоких уроков, чтобы он когда-нибудь мог позволить себе расслабиться в присутствии других людей. Но шарумец извлек из-под тряпок всего-навсего невзрачный серый мех, слабо булькнувший в его широких мозолистых ладонях. Довольно хмыкнув, караванщик двумя пальцами вытащил пробку.

- Я узнал тебя чужеземец. - негромко сказал он, разливая вино в неглубокие, но объемистые пиалы. - Еще раньше Хона. Вернее вспомнил то, что слышал про тебя...человек с бледной кожей, воин из западных земель.

Он сделал короткую многозначительную паузу и закончил фразу :

- ...принятый в кагаский клан, как равный и более того, добившийся, говорят, даже прав и власти младшего военного вождя. Не так ли? Впечатлен тем, что о тебе рассказывали, очень впечатлен. Караван почтенного Камнишан-тана из Ишшамы - ведь это твоих рук дело, Гай Канна? Или лучше называть тебя Хайканан? - не дожидаясь ответа, Табиб укоризненно покачал головой и произнес, словно бы про себя. - Если четно, я не слишком хорошо относился к Камнишану, как никак, соперник в торговых делах, но там погибло много хороших людей, славных караванщиков - да ниспошлет Утра земные блага их овдовевшим женам и осиротевшим детям и небесные блага их освободившимся душам...Подумать только, Гай Канна - знаменитый Хайканан!

- Они умерли быстро. - осторожно сказал Гай, тихонько подбираясь для прыжка и молниеносного удара. Караванщик не должен даже успеть вскрикнуть, иначе выбраться из лагеря будет более чем сложно.

В этот миг уранийцу показалось, что мысль присоединится к торговому каравану, идущему в сторону города-порта Пту была не самой удачной.

- В этом я не сомневаюсь. - холодно заметил Табиб Осане. - Уж что-что, а убивать быстро и чисто кагаские головорезы умеют.