— Нет, — просто ответил он. — А ты знаешь?

— Знаю, — прошипел Юрик, бережно притягивая к себе пробитую клинком руку, — знаю… Знаю то, что теперь не жилец ни один из нас, подземник. Ни ты, ни я, ни Серега. Теперь ты больше не Миха-кузнец. Теперь ты трэль, раб по-ихнему, пойманный, чтобы им служить. Тебя не станут бить, тебя не станут морить голодом, просто ты будешь жить в этой их северной крепости, работать на них, а через пару лет смиришься и на самом деле поверишь, что какой-то их Хундаль родил тебя рабом!

Много горечи было в словах Юрика, и от Михаила это не укрылось. Запомнилось.

— А мы, — продолжил контрабандист, — если пользы не принесем, на корм рыбам… Или в жертву, — при этих словах даже отрешенный Серега шевельнулся, — они ведь, уроды эти с севера, зверям своим священным да богам жертвы приносят. А потом их же и съедают… Викинги сраные!

Викинги! Миху словно ударило кузнечным молотом, аж подбросило на лежанке. Так вот кто эти люди! Мозг заработал, вылавливая почти забытые, затертые воспоминания из мешанины прожитых лет. Он ведь читал, проходил в обязательной школе Убежища еще на работавших тогда компьютерах, старых и громоздких, курсы по истории. Читал закатанные в полиэтилен книжки, смотрел видеофильмы о раскопках в северных странах. Так же как и все мальчишки в классе, пытался представить, что это такое — океан, по которому так страшно, но необходимо идти несколько дней на хрупком корабле, так же восхищался воинами древности, так же отчаянно играл в них… А может правда бред? В сердце Сибири, в конце двадцать второго века — викинги?

Кузнец невольно замотал головой, словно пытаясь отогнать наваждение.