- Ничего! Ничего, милый человек... волос с головы твоей не падет без воли Господа... Не бойся!
А Прошка совсем струсил и испугался. Сам идет, дрожит; ноги еле переставляет и про себя скорехонько твердит: "Свят! Свят! Свят! Господь Саваоф!.."
И кажется ему, что кругом его не деревья, а какие-то лешие стоят или идут вместе с ними. "Дядя Бодряй! Дядя Бодряй!" - хочет он сказать, да голосу не хватает, горло перехватило.
А дядя Бодряй знай себе идет вперед и говорит так ласково, да приветливо:
- Иди-иди, милый человек. Ничего не бойся!
Шли, шли они, и стал примечать Прошка, что буря начала затихать и какой-то свет засквозил между деревьев.
Чем дальше идут они, тем ярче становится этот свет. И не может Прошка разобрать, что это. Месяц ли сияет или солнышко проглянуло?
И пришли они, наконец, на место красоты неописанной. Все деревья и кусты сияют и благоухают. Цветы кругом такие яркие да нарядные, что ни в сказке сказать, ни пером описать.
Раскрыл рот Прошка, стоит и любуется, глядит - не налюбуется.
- Что, - говорит Прошка, - так бы все и глядел. Никуда бы отсюда не ушел.
- Вот, милый человек, - говорит дядя Бодряй, - коли не побоишься да потрудишься, то и до места доброго дойдешь.
И спрашивает Прошка дядю Бодряя:
- Где же это такое хорошее место находится?
- Там, - говорит дядя Бодряй, - где все хорошо и нет земной скверны. От деревни Пустышки это место отстоит на многие, многие тыщи верст. Кто зол, тот ни в жизнь до этого места не дойдет, а кто добр да прост - так того сам Бог донесет.
- Как же это так? - спрашивает Прошка. Но только что успел это выговорить, как глядь-поглядь... нет хорошего места... сгинуло и пропало.
И сам Прошка лежит на земле, в Памаевских лугах. И как он попал в эти луга? - не может он этого понять... Вздремнул, должно быть, а когда вздремнул - ничего не знает, и не помнит, и не понимает.
VI
И не мог Прошка помириться с тем, что он во сне только видел "хорошее место". Ходит он, бродит по Кузьминскому лесу и все думает да гадает: "Во сне или наяву видел он "хорошее место". И все ему чудятся слова дяди Бодряя: "Кто добр да прост, того сам Бог до этого места донесет".