
Перед отправлением в путь обоим юношам были выданы темно-серые невольничьи балахоны. В лагере они привыкли обходиться набедренными повязками, но нечего было и помышлять о том, чтобы появиться в подобном виде на улицах большого города. Цурани придавали большое значение скромности в одежде и соблюдению внешних приличий.
Выйдя за пределы лагеря, они долго двигались по узкой пыльной дороге вдоль берега Залива Битв. Залив казался огромным, как море. Даже с гребней высоких холмов, на которые то и дело взбегала дорога, Пагу не удалось разглядеть его противоположного берега. Через несколько дней путники достигли обширных пастбищ и вскоре вышли на противоположную сторону Залива Битв. Но на этом их путь не закончился. Отряду потребовалось еще пять дней, чтобы достичь города Джамара.
Паг и Лори глядели по сторонам, пока их господин совершал жертвоприношение в храме. В глазах у них рябило от пестроты нарядов сновавших мимо горожан. Казалось, цурани не мыслили своей жизни без ярких, кричащих одеяний. Даже полунищие мастеровые были разодеты в туники всевозможных цветов и оттенков. А горожане побогаче украшали свои платья прихотливыми узорами из драгоценных камней, бусами, цветами и перьями. Каждый стремился перещеголять другого богатством и роскошью отделки пестрых туалетов.
Горожане во множестве сновали по площади, посреди которой возвышался храм. Здесь были фермеры из окрестных деревень, уличные торговцы, мастеровые и паломники, слуги, воины и знатные господа. Из ближайших переулков выезжали повозки и телеги, влекомые шестиногими нидра. Никогда еще Пагу и Лори не случалось видеть такого скопления народа. Некоторые из цурани останавливались у ступеней храма, чтобы поглазеть на двух невольников из другого мира, которых они между собой именовали великанами-варварами. Сами жители Цурануани были по большей части приземисты и широкоплечи. Рост взрослого мужчины не превышал пяти футов и шести дюймов. В сравнении с цурани даже Паг, за последние годы вытянувшийся до пяти футов и восьми дюймов, казался высоким. Мидкемяне, в свою очередь, пренебрежительно называли цурани коротышками.
