Они напоминали ему о доме. Зато на странные, необычные существа, которых он никогда не видел у себя на родине и которые в первые месяцы пребывания в плену возбуждали его любопытство, он взирал теперь с полнейшим равнодушием, будь то шестиногие нидра - жвачные животные, которых цурани использовали в качестве тягловой силы, или чо-джайны - разумные насекомые ростом с человека, орудовавшие передними лапами, словно руками, и владевшие цуранийским языком. Но стоило ему приметить в отдалении какое-нибудь животное или птицу, напоминавших тех, что населяли Мидкемию, а приблизивших в очередной раз убедиться, что перед ним обитатель Келевана, как из груди его вырывался горестный вздох, и тоска по дому вновь надолго поселялась в душе, вытесняя все другие мысли и чувства.

Раздавшийся снизу голос Лори вывел его из задумчивости:

- Эй, Паг! Надсмотрщик сейчас будет здесь! Паг снова выругался. Если лагерному надзирателю придется лезть в воду, тот не на шутку обозлится и это может закончиться поркой для рабов или лишением их и без того скудной вечерней трапезы. Он наверняка уже взбешен заминкой в работах. В корнях некоторых деревьев обосновались семейства барроверов - шестиногих зверьков, отдаленно напоминавших бобров. Они подгрызали нежные, сочные корни, и дерево погибало. Сперва сердцевина ствола становилась мягкой и водянистой, затем она начинала загнивать, а после дерево обрушивалось под тяжестью собственного веса. В норы барроверов была заложена ядовитая приманка, и множество зверьков погибло, но они все же успели нанести серьезный урон урожаю нынешнего года.

Грубая брань и шлепанье тяжелых ног по воде возвестили о приходе надсмотрщика. Будучи рабом и не имея ни малейшей надежды когда-либо получить свободу, Ногаму тем не менее занимал довольно высокое положение надзирателя и управляющего плантацией. Ему подчинялись солдаты охраны и все вольные работники лагеря. Следом за Ногаму к дереву, на вершине которого сидел Паг, подошел молодой воин.