- Ее нет на месте.

Абернети выпрямился и разгладил свою одежду.

- Даю тебе слово, я ничего не знаю об этой бутылке, - ответил он.

- Я-то тебе верю, - ответила Элизабет. - Только Микел может не поверить. Он очень недоверчив в таких делах. Даже не разрешает людям заходить сюда, только если сам пригласит их, а в таких случаях он сам же и находится здесь вместе с ними постоянно. Я могу входить в этот зал только потому, что мой папа управляющий. Я люблю приходить сюда полюбоваться на все это. Знаешь, тут на дальней стене есть картина, на которой люди действительно двигаются! А еще музыкальная шкатулка, которая сама играет то, о чем ее попросишь. Не знаю, что было в этой бутылке, но, верно, что-нибудь особенное. Микел никого не подпускал к этой безделушке.

Картина с движущимися людьми? Музыкальная шкатулка, которая сама играет? Все это могло означать только волшебство.

- Элизабет, - перебил ее Абернети, - а где я нахожусь?

- В Граум-Вит, конечно, - ответила удивленная девочка. - Разве я не сказала тебе?

- Да, да... Но где это - Граум-Вит?

- В Вудинвилле, конечно.

- А где находится Вудинвилл?

- Немного к северу от Сиэтла, в штате Вашингтон, в Соединенных Штатах Америки. - Девочка заметила изумление Абернети. - Ты разве никогда не слыхал об этих местах, Абернети?

Он покачал головой:

- Таких мест нет в моем мире. Я боюсь, мне неизвестно, где... - Вдруг он осекся. - Элизабет, - сказал писец с беспокойством, - слыхала ли ты о таком городе - Чикаго?

Она улыбнулась:

- Конечно. Чикаго - в Иллинойсе. Но это очень далеко отсюда. Ты что, из Чикаго, Абернети?

- Нет, но мой король оттуда.., то есть жил там раньше. Послушай, это просто какой-то кошмар. Значит, все-таки я уже не в Заземелье! Я попал в мир нашего правителя... А все этот болван волшебник! - Он вдруг умолк в ужасе. - О небо! У меня же остался медальон. Медальон Его Величества!