Шлем ему был явно мал и напоминал огромное яйцо в гнезде его непослушных темных волос. Кольчуга была изрядно проржавевшей и слишком большой. Некрасивое лицо Рэпа быстро становилось из коричневого красным, отчего стали видны все веснушки.

- Ты выглядишь по-дурацки! Чего это ты так вырядился? И что ты здесь делаешь, почему ты не на конюшне?

Пудинг - так прозвали они Рэпа, когда все были еще детьми. У него тогда почти не было видно носа. Да и сейчас его лицо, казалось, состояло из подбородка, рта и больших серых глаз.

- Пожалуйста, Иное! - умоляюще прошептал он. - Я же на часах! Мне нельзя с тобой разговаривать. Она вскинула голову.

- Правда? Я выясню это у сержанта Тосолина! Рэп всегда принимал все за чистую монету.

- Нет! - Он бросил еще один испуганный взгляд в сторону караульной.

Рэп заметно вырос даже за то короткое время, что отсутствовал, если дело было не в этих дурацких сапогах. Он был значительно выше Иное, а в доспехах казался шире и крупнее. Пожалуй, юноша выглядел не так уж плохо, как ей показалось вначале, но она не собиралась ему в этом признаваться.

- Объясни, как ты здесь оказался! - потребовала принцесса, сверкнув глазами.

- Пару кобыл надо было отправить назад. - Рэп старался не двигать губами, глядя прямо перед собой. - Вот я и пригнал их. Я должен вернуться обратно с повозками. У старого Хононина нет для меня работы, когда все лошади на материке.

- Вот как! - воскликнула Иное, торжествуя. - Очень хорошо, ты, значит, не так уж занят. Поедешь кататься со мной после обеда. Я поговорю с сержантом.

Смесь ярости и упрямства отразилась на лице юноши. Плоский нос сморщился, и ей вдруг показалось, что веснушки вот-вот посыплются с него, как коричневые снежинки.

- Не смей!

- Это ты не смей так говорить со мной!

- Я вообще не буду с тобой разговаривать!

Минуту они стояли, возмущенно уставившись друг на друга.