Он посмотрел на меня из-подо лба — лоб у него громадный, как энциклопедический том, — и засмеялся:

— Кибернетист…

У меня сразу отпала охота рубить металлической фразой, я тоже засмеялся.

— Откуда? — спросил он.

— Из Томска, — ответил я.

— Закаленный… — Я думал, он скажет «сибиряк», а он сказал: — …лыжник.

— Как вы узнали? — удивился я.

— По плечам, — ответил он. — Коромысло для тебя узкое.

Глаза его смеялись, а морщины на висках и возле рта сгладились:

— По всем вопросам — ко мне, — сказал он на прощанье.

И начались будни. Изучаю земер, системы саморегулирования и саморемонта. Весь аппарат построен на замкнутых циклах: если, например, выйдет из строя лазер, автоматически подается сигнал роботу данной линии, тот приходит в движение, ставит новый… Перфоленты металлические, уже составлены для всех земеров.

Работаем над чертежами и схемами четверо сменщиков: Федор, Аркадий, Алла и я. Ребята из Одессы, Алла из Семипалатинска. Вчетвером делаем прогулки на загородные холмы. Оттуда город кажется голубой чашей, опрокинутой в снег.

Февраль. 3. Шесть дней идет спуск земеров в шахту. Сегодня опущен мой. Командовал Дарин:

— Двести семнадцатый!

— Есть! — ответил я, приготовившись к процедуре, до последнего слова изученной по экранам соседей.

— Градус и сектор восьмидесятый! Наклон к горизонту — нуль!

— Наклон — нуль…

— Расстояние до исходной позиции — двадцать тысяч метров!

— Двадцать тысяч…

— Пуск!

Нажимаю кнопку «Пуск». В верхнем левом углу экрана вспыхивает точка, — два миллиона лошадиных сил двинули снаряд в грунт. Через пять часов он выйдет на исходную позицию и станет там, пока все 332 земера не займут своих мест…

Очень рад за твою хлореллу. За год, как ты говоришь, она повысила количество кислорода в атмосфере Венеры на две сотых процента. Через сто лет при таких темпах будет два процента, через тысячу — поставим на Венере коттедж. Привет!..