Она была на промысловике одним из трех юнг. Двоим другим - юным родственникам капитана - неизменно доставались поручения полегче. Они накрывали стол для капитана и старпома (а потом приканчивали излишки добротной еды). Их часто придавали в помощь корабельному коку, готовившему жратву для команды. Это последнее вселяло в душу Альтии самую черную зависть. Возиться на камбузе!.. Под палубой, куда не достигает яростная непогода! В тепле около печки!..

На Альтию - третьего юнгу - взваливали работу потяжелей. Ее приставляли убираться там, где царила уже самая-разсамая грязь. Она таскала ведра со смолой и отбросами жира. Она вообще была ко всякой бочке затычкой. Так, как сейчас, она ни разу еще в своей жизни не вкалывала.

...Она еще немного подержалась за мачту, спасаясь от объятий очередной волны, захлестнувшей палубу "Жнеца". Чтобы добраться оттуда до надежного укрытия форпика, понадобилось несколько отчаянных бросков через палубу. И не менее отчаянных мгновений, когда она судорожно цеплялась за штормовые леера* [Леер - туго натянутый трос, оба конца которого закрепляются на конструкциях судна. Леера служат для постановки тентов и косых парусов, для просушки коек и в качестве съемных "перил", ограждающих, например, боковины трапов и открытые трюмы. Используют их и при отсутствии высоких фальшбортов (в частности, на современных парусных яхтах). Так называемые штормовые леера натягивают при сильном волнении и непогоде: за них держатся, пересекая открытые участки палубы, чтобы не смыло за борт.], а очередной поток из-за борта силился оторвать ее от корабля и унести в море.

Упорная непогода держалась вот уже полных три дня. И, пока не разразился нынешний шторм, Альтия наивно надеялась, что хуже уже не станет. Опытные же матросы, кажется, считали это светопреставление вполне обычным для плавания Вовне. Они, понятно, ругались на чем свет стоит и требовали от Са прекратить бурю. Но богохульства неизменно перетекали в россказни о еще худших штормах, которые им доводилось переживать на кораблях попаршивей "Жнеца".