Нет, он никогда серьезно не воспринимал разноголосицу суждений по поводу правомерности или неправомерности статута экзархатов в системе МАКОДа, праведности или неправедности практики денатураций. Из пустого в порожнее. Как предусмотрено Марсианской Конвенцией Двух - так и будет. Соглашение это подписано представителями обеих сторон, и теперь можно сколько угодно судить и спорить, но имя соглашению этому - Незыблемость. Кстати, денатурацию изначально никто никому не навязывал - узаконилась она сама собой, стихийно. Без нее было бы слишком не просто с эмоциями на пороге отчего дома, и тем, кто спорит, это известно. После денатурации наступало некое состояние удобного неудобства: как в мягкой броне. Привыкнуть можно. И уже на борту экспресса "Восточный" он мог позволить себе чуть расслабиться (как и положено отпускнику), и ни равнодушные, ни любопытствующие взоры томимых рутиной воздушного перелета транзитников ему не мешали. Белые пунктиры пешеходных дорожек, проложенные вдоль смотровой палубы, вывели его к отдельной группе свободных кресел, он занял крайнее и промолчал на вопрос роботрона: "Что намерен эвандр заказать?" Навязчивая автоматика предложила горячий тоник. Теплый. Охлажденный. Ледяной. Он прочел выдавленный на подлокотнике номер и шепотом посоветовал роботронной сервосистеме поменять вход на выход и задохнуться хотя бы на час. Былая уверенность, что на смотровую палубу приходят в основном смотреть, пропала.