- Я не видел, как вы вошли, - подозрительно говорит шкафообразный начальник. Он уже сам понимает, что совершил ошибку и ее уже невозможно исправить. - Кто вы такая? У вас документы есть?

- Что вы, товарищи, в самом деле... - возмущается Дмитрий Николаевич. - Это моя студентка. Она пришла сдать зачет по русской литературе конца девятнадцатого века. На каком основании вы ее подозреваете?

Еще не ясно, убедила ли та защитная речь сотрудника милиции, но Сонька уже на всякий случай собирается плакать. Верзила-рецидивист никак не может найти спички и отправляется за спичками на кухню. Ему, видите ли, надо прикурить. Его силой усаживают. Пока верзила таким образом отвлекает внимание от сообщницы, Дмитрий Николаевич, не читая, подписывает протокол, зачем-то кланяется и выходит из комнаты, пропуская вперед Соньку и ожидая приказа поворотить назад.

Проходят коридор.

Выбираются сквозь разлом на лестничную площадку.

Дмитрий Николаевич открывает дверь, пропускает рецидивистку в свою квартиру, но здесь не выдерживает и оглядывается. Шкафообразный сотрудник задумчиво наблюдает за ним.

Дмитрий Николаевич поспешно проходит в свою прихожую, закрывает дверь на два с половиной оборота и навешивает дверную цепочку. Входит в комнату. В комнате Соньки нет. Она уже устроилась на кухне. Она думает, что на кухне надежней. Она сидит на табуретке и читает первую фразу его статьи: "Конец XIX - начало XX в.в. - интересный и сложный период истории русской литературы..." Дмитрий Николаевич смотрит на нее и не знает, о чем с ней говорить.

- Вы в самом деле рецидивистка? - спрашивает он.

Сонька снимает очки, смотрит на него, как на дурака, и утвердительно кивает.

- Минут через двадцать вы сможете уйти. Это на вызовет подозрений.

Сонька опять кивает и сосредоточенно разглядывает первую страницу.