- Но, Вовка, пойми меня! - взвывает Дмитрий Николаевич, хватаясь за голову. - Я ничего этого не знал! Шаги за дверью, на звонки не открывает... А если бы настоящий грабитель?

- Ты действовал правильно. К тебе никаких претензий. Помоги только дверь починить. И Аньке ни гу-гу!

- Могила! - веселеет Дмитрий Николаевич.

Спиридонов вручает ему тяжеленный слесарный молоток, а сам, пыхти, подтаскивает дверь к разлому:

- Ты подбивай, а я буду направлять.

- А она кто? Как ее найти? - Дмитрий Николаевич задает свой самый сокровенный вопрос.

- Найдешь, - усмехается Спиридонов. - Она молодой специалист, приехала по направлению... И тоже пока без квартиры. Будет в твоем университете литературу преподавать.

Дмитрий Николаевич роняет тяжеленный молоток на ногу и вопит так, что вопль этот слышен, пожалуй, на спуске имени Добролюбова. Всю неделю он не может ходить в университет, лежит на бюллетене с бытовой травмой и пишет статью о символизме в стиле самого символизма. Статья получается неплохая и отсылается в журнал, но вскоре приходит отказ, потому что "Вопросы литературы" публикуют серьезные литературоведческие статьи, а не вопли души.