Штейнберг сделал неопределенный жест рукой.

- Ты знаешь, кто я и представляешь мои возможности, а я понимаю твои чувства. Так что не стесняйся, - он остановился напротив и воткнул в меня острие своего взгляда, - итак?

А я стоял, как громом пораженный, и мне казалось, что невидимая рука рисует на стене раскаленными буквами «Мене, мене, тэкел, фарэс». Только секунд через пять я начал соображать. В самом деле - то, что для всего человечества будет благом, конкретно для Штейнберга может таковым не быть.

Во-первых, эта находка может запросто пошатнуть хрупкое юридическое равновесие по лунным приискам. Дело в том, что вся Луна - как бы американская территория. На самом деле, этот вопрос нигде никогда не рассматривался, просто ни у кого не возникало на эту территорию претензий. Пока не возникало. Далее, та часть Луны, куда упал алмазный болид, как бы выкуплена компаниями Штейнберга. А подразделение НАСА, одно время подрабатывавшее такими продажами, как бы имело на это право. И все эти «как бы» очень сомнительны с точки зрения международной деловой практики. Неувязок там хватит лет на десять судебных баталий целой армии юристов. Пока что просто никто не искал эти неувязки. Но немедленно начнут, как только о находке станет известно.

Во-вторых, есть какой-то закон в американском земельном праве, в соответствии с которым правительство США в чрезвычайных ситуациях имеет право реквизировать проданные иностранным компаниям и резидентам земельные участки. И пусть этот закон противоречит всему, чему можно противоречить, куда важнее то, что США - единственная страна, имеющая настоящий военно-космический флот. Три «Спейс Фалкона» стоят на базе Аполлон-49. И пусть это - всего лишь челноки с увеличенной автономностью и бортовым оружием, этого более чем достаточно, чтобы взять на мушку все внеземные станции.