Володя подошел ко мне, по лицу его стекали капельки пота. Хмуро посмотрел на мою широкую улыбку и поднял руку, показывая на шлюз. Я кивнул и пошел к раскрытым створкам.
Первое, что меня удивило внутри - это запахи. После лишенного всяких ароматов воздуха нашего «Эдвина Олдрина», сняв скафандр, я почувствовал себя попавшим на ферму. Здесь были запахи еды, запахи смазки, аммиака, еще какие-то технические запахи. Пол в шлюзовой выглядел неприятно влажным; вдали что-то неровно гудело, и яркость ламп под потолком менялась в тон этому гудению. Короче, первое впечатление было - не фонтан. Не хватало только мерзкого вида мха на полу, да струй пара бьющих из стен, чтобы представить себя на каком-нибудь заброшенном космическом корабле из фантастического ужастика. Не успел я подумать о паре, как двери шлюза с хлюпаньем раздвинулись, и в комнату вкатилась волна холодного тумана. Вслед туману внутрь шагнул Володя, торопясь, отсоединил шлем и с наслаждением вытер потное лицо - прямо перчаткой скафандра.
- Дурацкая машина, дурацкий скафандр, - с раздражением произнес он, - пока вылезешь, вспотеешь, как мышь, - посмотрел на меня с непонятным выражением и добавил, - влезать - еще хуже. И пошел по коридору, не сняв скафандра.
Я посмотрел на пустой шкаф для скафандров, понюхал холодный воздух и побежал вслед Володе, стараясь не выронить шлем. Навстречу прошли двое местных - оба в наружных скафандрах, но без шлемов и почему-то без перчаток. Мы с Володей прижались к стене, пропуская, я поздоровался. Один из проходивших посмотрел исподлобья, но ничего не сказал. Второй - даже не взглянул.