– Боюсь, я не знаю, что это.

– Тичолама, – пояснил Блентхейм, – резилиан в естественном состоянии.

– В самом деле! – Магнус посмотрел на пурпурную гроздь с новым интересом.

– Каждая из этих палочек, – продолжал рассказывать Блентхейм, – состоит из бесчисленных спиралей молекул резилиана, которые растягиваются по мере роста растения. Эта особенность, естественно, и дает резилиану его невероятную эластичность и прочность.

Ридолф дотронулся до палочек, завибрировавших от прикосновения его пальцев.

– И?

Блентхейм выдержал паузу.

– Я продаю целую плантацию, три тысячи акров чистой созревшей для сбора тичоламы.

Магнус Ридолф прикрыл темно-голубые глаза и положил коробочку обратно.

– В самом деле?

Он задумчиво погладил бороду.

– Очевидно, участок находится на Наосе-шесть.

– Правильно, сэр. Тичолама может расти только там.

– И какова ваша цена? – Сто тридцать тысяч мунитов. Магнус продолжал раздумывать.

– Это сделка? Я плохо разбираюсь в сельском хозяйстве вообще, а в особенности – в тичоламе.

Блентхейм солидно кивнул.

– Это предложение. Акр дает тонну тичоламы. Цена продажи в Старпорте составляет пятьдесят два мунита за тонну, это текущий курс. Стоимость перевозки одной тон ны тичоламы, включая упаковку – около двадцати одного мунита. И сбор стоит около восьми мунитов. Затрат в двадцать девять мунитов на тонну, чистого дохода в двадцать три мунита. Три тысячи акров дают шестьдеся девять тысяч мунитов. В следующем году вы окупите себе стоимость, и после этого будете наслаждаться, получать чистый доход.

Магнус по-новому взглянул на своего собеседника. Может, Блентхейм решил обвести его – Магнуса Ридолфа! – вокруг пальца? Неужели в мире еще остались такие наивные оптимисты?