Но все же взялся исправлять положение. Побежал домой. Вместо бананов очистил огурцы пожелтее, посыпал сахаром и положил на тарелку.

Нашел прошлогоднюшнюю («С Новым годом!») шоколадку, расплавил ее в половинке на свечке.

Положил все на поднос и бросился к Утренней Нэнси:

— Кушай на здоровье. Мерси, пожалуйста!

Утренняя Звезда попробовала все это и всеми своими лучами перекосилась.

Она подозвала девочку Катю и сказала:

— В самолете я набрала несколько коробок с завтраками. Несколько дней я продержусь. Но дальше я хотела бы перейти на традиционную русскую кухню: пироги с грибами, плов, уха из рыбы, жареная курица, медвежатина, блины, в крайнем случае, шашлык. Я не привередлива.

Когда почтальону Печкину все это перевели, он сел на лавочку и заплакал.

Глава восьмая

Романтические горизонты Простоквашино расширяются

Когда утонченная Нэнси из Интернета одолела две коробки с самолетными завтраками, она пришла в хорошее настроение и сказала Кате, дяде Федору, Матроскину, Шарику и почтальону Печкину:

— Уважаемые господа! Дорогие друзья по разуму! Давайте мы все сегодня соберемся и обменяемся мыслями на разные темы.

— На какие темы? — спросил господин Шарик.

— На самые жгучие! — ответила Нэнси.

— На самые жгучие! — обрадовался Шарик. — Давайте про охоту. У меня целых две жгучих мысли есть.

— Какие же это у тебя жгучие мысли? — поинтересовался Матроскин.

— Одна — стрелять, другая — не стрелять, — ответил Шарик. — С одной стороны, зверей жалко, а с другой — они такие вкусные.

— Охота — это не очень интересно, — возразила Нэнси. — Охота — это не зажигательно.