Кононов поставил почти уже опорожненную кружку на столик, провел пальцем по мокрым бровям – сначала по одной, потом по другой – и не очень приветливо сказал, не глядя на незваного собеседника:

– Представиться бы не мешало.

– Сулимов, – незамедлительно отреагировал незнакомец. – Сергей Александрович.

Кононов был уверен, что никогда раньше не знал человека с такой фамилией. Однако холодок в животе пропал; экс-охраннику уже не казалось, что собеседник имеет какое-то отношение к милиции.

– Давайте сразу второй вариант, – предложил он, чувствуя, как просыпается в нем что-то, похожее на любопытство.

– Отлично, – дон Корлеоне придавил ладонью крышку столика; пальцы у него были длинными и тонкими, как у пианиста, а ногти ухоженными. – Я хочу сделать вам одно предложение.

«Я сделаю ему предложение, от которого он не сможет отказаться», – сразу выскочили из памяти крылатые слова «крестного отца», и Кононову вновь подумалось о мафии, только не сицилийской или американской, а местной, столичной.

– Вы уверены, что не ошиблись адресом? – осторожно спросил он, отметив, что у грузного человека, отрекомендовавшегося Сулимовым, наконец-то от духоты проступила на лбу легкая испарина. – Фамилия у меня не самая экзотическая...

– Мы не ошиблись, Андрей Николаевич, – отчеканил Сулимов, выделив голосом это «мы». – Кононов Андрей Николаевич, шестьдесят восьмого года рождения, уроженец города Калинина, русский, – Сулимов говорил, словно читал невидимую анкету, – образование высшее, историческое... – Он сделал короткую паузу и добавил: – Сегодня, тринадцатого, уволен с должности охранника агентства «Вега». По собственному желанию. Я ничего не перепутал, Андрей Николаевич?