- Программистом.

- Программи-истом? Это которые на эвеемах, что ли? Ну, ты даешь! И как там нынче?

Петров не успел ничего сообразить, а только уже задним числом с удивлением зафиксировал, что выкладывает своему новому приятелю все свои беды и невзгоды. Тот слушал внимательно, поддакивал, а когда Петров кончил, пожал плечами:

- И всего то?..

- Мало тебе, что ли?

- Ерунда. Плюнь и разотри. Петров окончательно разделился надвое. Один из этих двух Петровых спокойно стоял и отрешенно наблюдал за тем, как другой, взвинчиваясь, пытается доказать собутыльнику, что неработающая программа вовсе не пустяк, и что события вчерашнего дня ставят крест недоверия на личные усилия Петрова в деле внедрения передовой информационной технологии.

- Да с чего ты взял, что в твоей программе есть ошибка? Может, она все правильно рассчитала.

- Как? - опешил Петров.

- Да вот так, - уверенно сказал тип. - Может они, эти твои сотруднички, ничего не заработали за месяц, а наоборот... Ты, главное, не дрейфь - прорвемся. Как звать-то?

- Петров.

- Да? - тип глянул на Петрова озадаченно, потом зачем-то дунул в свой стакан, словно бы ожидал, что от этого дуновения в стакане снова забулькает.

В стакане, однако, никаких перемен не наступило. Тогда тип уставился на Петрова. Петров растерялся. С одной стороны было непонятно, почему кто-либо должен сомневаться, что он, Петров - именно Петров, а не Иванов или Сидоров. С другой стороны, а какая, собственно, разница?

- Ты - Петров? - на лице типа отразилась теперь какая-то мучительная работе мысли.

- Ну, Петров!.. А в чем дело?

Петров забеспокоился. В самом деле, связался с каким-то босяком - мало ли что у него на уме...

Да, Петров забеспокоился, но в то же время ощутил какое-то внутреннее раскрепощение. Словно бы гора упала с плеч, ощущение раздвоения личности исчезло, равно как и тоскливое предчувствие чегото неприятного в самом недалеком будущем. Теперь он начал просто медленно вскипать.