По небу медленно ползли серые облака, без остатка сожравшие привычную синеву. У самой кромки стены топтались несколько снежных вихриков. Они словно присматривались к неожиданным гостям.

Откуда-то снизу донесся глас Энглиона.

-- Вот так и рождаются трехэтажные заклинания, -- с ухмылкой прокомментировал Славик. -- "Владыка, что значит сие заклинание, услышанное мною от достославного Сайты?.."

-- Ребята, неужели среди вас нету джентльмена, способного помочь рыцарю выбраться из сугроба, или мы так и будем созерцать подметки его сапог, торчащие из снега? -- развела руками Рийни.

-- Джентльмены-то есть, -- хмыкнул молчавший до этого Макс, -- А вот катапульты закончились...

Поминая богов, Ирлана, угодников и прочие силы земные и небесные, Энглион все же выбрался из сугроба в метрах трех от своих сапог, присел на наст и принялся натягивать обувь. Он был похож на большого бурого медведя, который решил замаскироваться под белого и для этого нырнул в ров, полный мела. Сходства с полярным хозяином он так и не достиг, но зато со всех сторон сиял ослепительной белизной снежных пятен.

Не удержавшись от искушения, Макс скатал снежку и метнул ее вниз. Шлем басовито загудел, и вслед за этим юный контрабандист узнал много нового о себе и своих родственниках до седьмого колена...

Сэр Энглион, рыцарь:

Вас никогда не ошеломляли? В буквальном смысле, чем-то тяжелым, да по шелому? Приятного мало. Это как в бочке, по которой лупят палицами, только еще неприятней.

Мало того, что ента винтокрылка землян вытворяла при посадке, так еще и катапульта нашлась тогда, когда в ней уже не было необходимости, и я воспарил, аки архангел. Лечу, желудок перебирается куда ему поудобнее, к горлу, стало быть, ветер свистит... Ну все, думаю, вот ты, Энглион, и узнал, что чувствует дракон с перепою в горах. Жаль только, рассказать не смогу никому: высоко, как приземлюсь -- не то, что рассказывать, а и еще много чего уже содеять не смогу! Интересно, а на том свете пиво есть? Если нету, то, пожалуй, это будет самое грустное в этой истории...