Именно поэтому меня и послали выяснить, с какой стати Майку захотелось за просто так отдать десять миллионов миллиардов долларов в сертификатах Администрации, и устранить неисправность прежде, чем Майк решит подкинуть кому-нибудь менее заметную сумму, тысяч этак в десять.

Я взялся за это дело — повременная оплата плюс премиальные, — но не отправился сразу же разбираться с теми схемами, в которых, по логике вещей, мог произойти сбой. Зайдя в помещение, где стоял компьютер, и заперев за собой дверь, я отложил в сторону инструменты и уселся перед ним.

— Здравствуй, Майк.

Он помигал огоньками.

— Здравствуй, Ман.

— Ну и что случилось?

Он заколебался. Я знаю — машины не колеблются. Но вспомните, Майк был разработан, для того чтобы осуществлять свои функции, действуя на основании неполной информации. Незадолго до этих событий он осуществил такое перепрограммирование своих сетей, которое позволило ему придавать своей речи эмфатическую выразительность. Колебался он лишь для мелодраматического эффекта. Возможно, он потратил эту паузу на то, чтобы осуществить, на основе ряда случайных чисел, цикл операций по ревизии содержимого соответствующих им блоков своей памяти.

— Вначале, — начал Майк речитативом, — сотворил Бог небо и землю. Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною. И…

— Уймись! — сказал я. — Отменить команду. Вернуться к исходному состоянию.

Следовало бы получше думать, прежде чем задавать Майку вопросы, поддающиеся широкому толкованию. В ответ он мог прочитать вам всю Британскую энциклопедию. Причём задом наперёд. А затем сообщить вам таким же образом содержание всех книг Луны. Сначала он мог читать только микрофильмы, но в конце 2074 года он получил новую сканирующую камеру, снабжённую манипуляторами с присосками, которые позволяли ему работать с бумагой, с тех пор он читал всё.