— Ну… Не хуже, чем любая другая.

— Давай обсудим природу юмора.

— Ладно. Давай начнём с обсуждения ещё одной из твоих шуток. Майк, почему ты дал распоряжение кассиру Администрации выплатить десять миллионов миллиардов долларов в сертификатах Администрации некоему работнику семнадцатого класса?

— Не делал я этого.

— Чёрт тебя дери! Я сам видел платёжное поручение. И не говори мне, что во время печати чека произошёл сбой принтера, ты сделал это преднамеренно.

— Чек был на десять в шестнадцатой степени плюс сто восемьдесят пять запятая пятнадцать долларов Администрации Луны, — ответил он тоном оскорблённой невинности, — а вовсе не на ту сумму, которую назвал ты.

— Ну ладно, ладно. Он был на десять миллиардов и плюс именно та сумма, которую и следовало ему выплатить. Почему ты это сделал?

— Разве не смешно?

— Что?! О, чрезвычайно смешно! Ты просветил всё высшее руководство, вплоть до Надсмотрщика и заместителя Администратора, в том, насколько у тебя развито чувство юмора. Этот ас по работе со шваброй, Сергей Трухильо, оказался неглупым малым — он сообразил, что не сможет обналичить такой чек, поэтому он просто продал его одному любителю диковинок. И теперь они не знают, следует ли им выкупить этот чек или ограничиться уведомлением о том, что он недействителен. Майк, ты понимаешь, что если бы Трухильо сумел обналичить такой чек, то он мог бы заполучить себе в собственность не только Администрацию Луны, но и весь остальной мир, и Луну, и Терру, и у него осталось бы ещё на банкет?! Думаешь, смешно? Жутко. С чем тебя и поздравляю!

Индикаторы этого доморощенного шутника замерцали, как огоньки на дисплее с рекламой. Прежде чем продолжить разговор, мне пришлось дождаться, пока он перестанет хохотать.