- Мисс Блумфилд жива и здорова и не попадала ни в какую катастрофу. Здесь, разумеется, не больница, это вы давно поняли, мистер Милф. Могу добавить еще, что Ева не имеет представления о ТОМ что вы в эту минуту находитесь здесь. Она полагает что вы по-прежнему в Москве, и мы надеемся, что она еще некоторое время будет в этом уверена.

Милов ощетинился; это у него всегда получалалось неплохо.

- То есть вы хотите сказать, что это какой-то розыгрыш? Могу расценить вашу выходку просто как грубую и глупую. Как вы могли себе позволить. Приняли меня за мальчика? Резвитесь на досуге. Требую, чтобы меня немедленно доставили в аэропорт. Где у вас телефон? Я немедленно позвоню российское посольство...

- Обождите, мистер Милф. Я уверен, что в самом деле вы вовсе не считаете меня способным на шутки такого рода, не только глупые, но и достаточно дорогие. Мы - я и другие люди, встречаться с которыми вам вряд ли нужно, - пригласили вас сюда наших общих интересах. Мы намерены сделать Вам предложение, которое, как мы надеемся, покажется вам привлекательным со многих точек зрения.

- Может быть, вы сэкономили бы деньги время, если бы сделали это предложение в Москве? - поинтересовался Милов. - Потому что ведь и отправлять меня восвояси вам придется за свой счет. Не слишком ли дорого за весьма среднее удовольствие видеть меня здесь?

- Зная о вас достаточно много, не сомневаюсь, что сказанное мною не явилось для вас чем-то совершенно неожиданным. Потому что мы были вольны приглашать вас, но ведь и вы могли отказаться. Не так ли?

Тут он мог бы чуть улыбнуться, но не сделал этого, остался серьезным, и Милову это понравилось, потому что свидетельствовало об уважении к нему.

- Допустим, я соглашусь с вами. - Милов постарался произнести это как можно спокойнее и непринужденнее. - Что от этого изменится?

- Мисс Ева, кстати сказать, очаровательная женщина, - проговорил Хоксуорт. - И я, откровенно говоря, вам в чем-то завидую.