— Предлагаете лекции? — оживился он. В один из его приездов к Еве ему удалось прочесть небольшой курс лекций в тамошней полицейской академией и несколько поправить свои дела.

— В этом роде, — сказал Хоксуорт. — Как это вас называется — обмен опытом, не так ли?

Опыта Милову было не занимать, на этот счет с был спокоен.

— Итак, можно передать Еве, что вы прилетите

— Уже укладываюсь.

— Очень хорошо. Мой приятель — он сейчас по делам в Москве — завтра занесет вам билет и деньг Виза у вас, по ее словам, открытая?

— Совершенно верно.

— Тем проще. Вылетайте. А в аэропорту я Вас встречу. Из Москвы летите до Франкфурта, там пересядете на прямой — в Атланту. Итак, о'кей?

— О'кей.

— Ждем.

И зазвучали гудки отбоя. Без долгих послесловий и прощаний.

— Забавно… — пробормотал Милов, усвоивший уже привычку одиноких людей разговаривать вслух самим собой. — Выходит, что…

Остальное он додумал безмолвно. Снял трубку по памяти набрал номер. Дождавшись ответа, сказал негромко:

— Мерцалова мне.

— Как доложить?

— Отставник Интерпола.

— Обождите у телефона. И почти сразу прозвучало:

— Мерцалов.

— Добрый вечер, Миша.

— А, привет, привет, — ответили ему. — Ну, что слышно?

— Наверное, завтра не увидимся.

— А что стряслось?

— Уезжаю. Как и предполагалось. Вот укладываюсь.

Там помолчали. Потом уточнили:

— Значит, звонок был.

— Не совсем такой.

— Ничего. Суть не меняется. Или, по-твоему, что-то не так?

— Конечно, не так, — сказал Милов почти сердито. — Что Ева попала в аварию — это что, нормально?

— Увидишь на месте. Ты в форме?

— Процентов на девяносто.

— Мало. Нужно сто двадцать. Видимо, мы должны повидаться.

— Не остается времени.

— Значит, увидимся сейчас, — ответили с того конца. — Подъезжай, не медли. Только не сюда. Ко мне домой. Кстати, и ребята обещали подойти: Эскулап, Географ… Распишем пулечку, раздавим пузырек, может быть, поболтаем за жизнь. Эскулапу не лишне показаться заодно. А Географ грозится накормить досыта самыми свежими сплетнями о мире. Словом, надо тебе прибыть немедля. — Мерцалов помолчал. — А вообще интересно… Десятерная втемную, нет?