Вдруг она поняла, что так изматывает нервы, - всепоглощающая, гнетущая тишина. Ни звука не доносилось до ушей: ни тявканья койотов, ни далекого воя волков, ни трепета крыльев летучей мыши, ни похрустываний енота, ни возни полевок, ни даже жужжания насекомых. Любой звук был бы звуком жизни, любой мог предупредить о возможной опасности. Но мертвая тишина окутывала необитаемый край. Здесь никто не жил - ни койот, ни волк, ни летучая мышь, ни полевка, ни даже насекомые. Всего лишь горстка живых существ когда-либо посягала на эту бесплодную землю. На путешественников пала безмолвная, беззвездная ночь.

Несмотря на жару, Кэлен передернула плечами. Она взглянула на птиц, все еще хорошо заметных на западном крае лилово-багрового неба. Даже такие чудовища не задержатся надолго в этой пустыне.

- Довольно страшно впервые встретить создание, столь грозное, что даже не знают, что оно существует, - заметила Дженнсен. Она отерла рукавом пот со лба и сменила тему. - Я слышала, что если хищные птицы кружатся над тобой в начале пути, то это не к добру.

Доселе молчавшая Кара приблизилась к Кэлен.

- Дайте мне только подобраться к ним поближе, и я повыдергиваю их жалкие перья, - длинная светлая коса Кары (мета ее профессии) взметнулась в знак подтверждения этих слов. - Посмотрим тогда, что они за предзнаменование.

Ее глаза потемнели, словно она увидела чернокрылых хищников. Украшенная полосами из особой черной ткани защитная одежда, которую носили и все остальные, кроме Ричарда, придавала Каре устрашающий вид. Неожиданно став правителем, Ричард получил в наследство Кару и ее сестер Морд-Сит.

Ричард вернул крохотного козленка бдительной матери и встал, заложив большие пальцы рук за многослойный кожаный ремень. На каждом запястье по кожаному наручу вились серебряные кольца и загадочные символы, в которых отражались последние лучи заходящего солнца.