- Дамы и господа, а также товарищи из парламента!- включилась в объяснения длинноногая и белокурая ассистентка академика.Сейчас наша экспериментальная установка произведет темпоральные силы противоположных векторов. Они перенесут академика Панкратьева на тридцать лет вперед, а профессора Осмысловского - на такой же промежуток времени, только назад.
Голографический экран во весь потолок показал со всей наглядностью схему двухстороннего хроноскачка, причем показ то и дело прерывался рекламой фирм-спонсоров.
- Ученые будут отсутствовать по нашим часам всего три минуты,задорным голосом продолжила блондинистая ассистентка,- а потом снова появятся в этих креслах. Итак... пять, четыре, три, два, один, вперед и назад!
Платформа на глазах у всех исказилась, словно в кривом зеркале, и в зеркале этом как будто ненадолго отразились таинственные лики грядущего и минувшего. Потом все приняло прежний вид. Лишь кресла опустели. Свершилось.
С напряженными лицами спонсоры и прочая публика смотрели на хронометры всех марок и видов от "Роллекса" до "Командирских". Мелькали секунды, сменялись минуты, ассистентка кусала яркие пухлые губы, оразумленный пес по имени Белкин носился по платформе на мотоцикле. Но платформа оставалась пустой и час спустя.
...
- Дедунь, а дедунь,- сопливый малыш тянул ветхого старца за рукав.- Ну, пошли, все им расскажем, прощения попросим.
Малыш принялся реветь, размазывая кашицу из слюней и соплей по лицу.
- Мы же никуда не унеслись, деда, мы здесь.
- Да куда нам идти, Василек?- грустно прошепелявил дед.- На, лучше петушок пососи.
Но малыш изо всех сил оттолкнул корявую руку с замусоленным леденцом.
- Не хочу петушок сосать, хочу домой, к супруге, к детям. Это ты во всем виноват, Панкратьев, что тридцать годиков не снаружи, а внутри нас пробежали.