Хорманн медленно произнес позывные и коротко отчитался. О Сейроне он упомянул лишь для очистки совести.

Когда он закончил говорить, ему показалось, что одежда его срослась с кожей.

"Самое трудное позади, - мысль доставила ему удовольствие. - Теперь остается завершить миссию".

Он отыскал ведро и вышел под обжигающее солнце.

Ограждение колодца растрескалось, но вода была холодной. Хорманн даже узнал ее вкус.

Он напоил лошадь, вышел из амбара и медленно направился к крыльцу. В дверях показался Сейрон.

- Еще мгновение, и повар поставил бы вас к стенке. Рагу перестоит и станет волокнистым!

Они уселись друг против друга, и Хорманн невесело улыбнулся - слишком узок был их импровизированный стол. Хлеб лежал на тряпке, расстеленной на полу. А на столе едва хватило места для графинчика с розовым вином и тарелок с дымящимся рагу.

- Сейрон, вы сибарит, вынужденный жить по обстоятельствам.

- Ни одно событие никогда не испортило мне аппетита. Надеюсь, вам тоже.

Хорманн засмеялся. Недоверие уходило куда-то вглубь, а вместе с ним и холодный страх неудачи. Он отпил вина, оно оказалось превосходным. Все складывалось удачно. Вскоре он выполнит трудную миссию.

- Кстати, Сейрон, - сказал он, приступая к рагу. - Может, расскажете о себе?

Сейрон осушил стакан, удовлетворенно цокнул языком и откинулся назад. В его удивительно живых глазах вспыхивали огоньки, но лицо было лишено всяческого выражения.

"Словно кора дерева, - подумал Хорманн. - Он напоминает старого демона... Может, он наделен колдовской властью?"

Где-то в глубине души прятался колючий страх.

- Я никто, - сказал Сейрон. - Больше никто. Вернее - как вы меня назвали?

- Сибарит.

Он поднял вверх указательный палец.

- Вот-вот. Сибарит. Вы знаете, когда-то я был очень богат. Жил в громадной вилле, набитой всяческими безделушками, с видом на море. Второй такой не было...