

, как говорил об этом кит. Старфайндер совсем не привык к такой ответственности. Груз этого лег свинцом на его плечи и преследовал его во сне.
Сон, который он упустил прошлой ночью, теперь навалился на него, и ему приснилась Кили Блю. Он видел Кили в тот момент, когда они прощались; видел ее, в соответствии с модой, в искусственно вытертых джинсах и тенниске "Шон Кесседи", в которые автогардероб облачил ее перед тем как она покинула кита. Представил ее лазурные глаза, полные любопытства, понятного только молодым; представлял ее худенькое симпатичное личико. Снова ощутил прохладный влажный поцелуй, который она запечатлела на его щеке.
Он вздрогнул и очнулся от грез. Годы, мельтешащие под экраном, превратились в мутное пятно, но одно число подсознательным образом запечатлелось в его мозгу: до Рождества Христова 4201549631 год!
На смотровом экране звезды метались словно разгневанные осы.
Поднявшись из кресла, Старфайндер подошел к экрану поближе, чтобы разглядеть многоцветный звездный вихрь. Для наглядности воображаемой концепции он всегда представлял Океан Пространства и Времени в виде космического водоворота. Понимая, что, по сути, пространство-время ничего общего с подобным представлением не имеет, тем не менее, он также знал, что, принимая во внимание теорию первородного взрыва, что могло быть правдой, всякий объект, движущийся обратно к началу, мог двигаться только по траектории, аналогичной склону воронки. Если кит продолжает свое погружение и теория первородного взрыва на самом деле окажется верной, левиафан окажется испепелен прежде, чем достигнет предположительного дна Океана и сам Старфайндер будет испепелен вместе с китом.
