- Прекрасные слова! - прокомментировал председатель Сур. (Вот кто умел ни о чем не думать. Он слушал эту речь с каменным лицом надгробного монумента, выражая высшее удовлетворение от прожитой жизни.) - От имени многомиллионной армии футбольных болельщиков...

Пока Сури'Нам говорил дежурные слова "от имени многомиллионной армии", телохранители попросили фужеров выдвориться. Как только те ушли, президент д'Эгролль ладонью показал председателю - "закрой пасть", подошел ко мне и вяло пожал руку. Не люблю вялых мужских рук. Хуже вялых только потные.

- Я о вас слышал много хорошего, майор,- так же вяло похвалил Президент и принюхался. Он был крепко недоволен моим взглядом и воротил нос - от меня несло новыми начищенными сапогами, я ему очень не нравился.

- Благодарю, господин Президент. Стараюсь в меру своих сил хорошо делать свою работу,- тоже дежурно ответил я.

- Не суетитесь и не благодарите, я не сделал вам комплимент. Наоборот. Когда о ком-то говорят много хорошего, я настораживаюсь. Это не есть хорошо. У каждого человека есть свое плохое. Значит, плохого просто не видят. Значит, этот человек скрывает своп скелет в шкафу. Я бы не подписал указ о вашем назначении, если бы о вас говорили только хорошее. Но о вас говорили и много плохого, и это мне понравилось. Теперь можете благодарить.

- Спасибо, господин Президент! Я вот что хотел вам показать, но неуверен...- сказал я, засунул руку в карман и, пытаясь ни о чем не думать, сложил пальцы в нужную диспозицию.

Президентские охранники насторожились.