Геннадий остался один, и теперь никто не мешал ему выплеснуть наружу всю скопившуюся злость, но эмоции провалились куда-то в глубину сознания и угасли. На поверхности осталась только обида на Татьяну и затаенная ненависть к бесталанному, но самоуверенному «десантнику» Субботину. Майков допускал, что так и не добьется от девушки взаимности, но видеть, как его место занимает какой-то безмозглый и никчемный тип, было, по мнению Геннадия, и вовсе несправедливо. Он устроился в кресле пилота и, проверив данные о работе бортовых систем, погрузился в размышления о вариантах дальнейшего развития событий. До орбиты Плутона оставалось тридцать суток полета и столько же обратно до Земли. Времени для укрепления командирского авторитета, примирения с Таней и окончательного смешения с грязью выскочки Субботина было предостаточно. Смущало Майкова одно: не прошло и суток полета, а Сергей уже вел в счете, и команда, похоже, об этом догадывалась…
Глава 6
— Господин Петров? — Голос показался Олегу Гавриловичу смутно знакомым.
— Да, слушаю, — профессор обернулся к телефонному аппарату, который был включен на громкую связь.
— Вас беспокоит Холмогоров, сотрудник Агентства…
— Агентства? — не сразу понял, о чем идет речь, Петров. — Ах, да, Агентства… Вы хотите встретиться?
— Так точно, — подтвердил Холмогоров. — Как можно скорее…
— Извольте, — доктор бросил взгляд на свое расписание. — Завтра у меня будет свободное время с трех До…
— Извините, — перебил его сотрудник, — я уже еду…
— В таком случае, могли бы и не звонить, — немного недовольно заявил профессор.
— Мог бы, — согласился абонент и положил трубку. Ровно через пять минут раздался стук в дверь, и на пороге возник мужчина совершенно неприметной внешности. Невыразительность его облика распространялась также на серый костюм и однотонный галстук. Взгляду было решительно не за что зацепиться. Петров вздохнул и жестом пригласил посетителя пройти. Тот уселся в кресло и молча достал из портфеля небольшой бумажный пакет.