
– Хочу! – похоже, что сома уже начала действовать, а в сочетании с моим красноречием это была поистине гремучая смесь.
– Истина в том, что весь зримый мир – всего лишь иллюзия, а людишки, погруженные в суету жизни, мучимые низменными страстями, на самом деле спят.
– По-твоему, и я сейчас сплю? – Он вытаращился на меня.
– Конечно, о утеснитель врагов! Для пробуждения тебе придется приложить немало усилий. Первым делом избавься от желаний. Закрой глаза, сосредоточься, как тебя учили гуру, и повторяй за мной, да так, чтобы эти слова слышали не только боги на небе, но и твоя собственная душа. Ты готов?
– Да, пастырь, – впервые Арджуна произнес это прозвище без тени иронии.
– Я ничего не хочу, – молвил я ему прямо в ухо.
– Я ничего не хочу, – послушно повторил он.
– Еще! Проникновеннее!
– Я ничего не хочу! Я ничего не хочу! Я ни-че-го не хо-чу!
Когда эта исступленная мольба заставила притихнуть даже вражеское войско, я остановил его:
– Достаточно. А теперь скажи: у меня нет привязанностей.
– Нет привязанностей, нет привязанностей, нет привязанностей… – эхом повторил он.
– Этот мир всего лишь сон. Повторяй!
– Всего лишь сон, всего лишь сон, всего лишь сон…
– Но я должен действовать, поскольку продолжаю пребывать в цепях кармы.
