- Если ты думаешь, что мезлы расстаются со своим серебром легче, чем здешние жители, то ты глупец или даже хуже.

Выглядя немного встревоженным, тапу снял с вертела кусок мяса внушительных размеров и два незнакомых историку шаровидных фрукта янтарного цвета, завернув их в листья.

- Опасайся мезлов-шпионов, доси, - пробормотал он. - Любые слова можно понять по-своему.

- Слова - их единственный способ общения, - ответил Антилопа, откусив небольшой кусок жаркого и поморщившись. - А это правда, что варвар со шрамом сейчас командует армией мезлов?

- Человек с лицом демона, доси! - кивнул головой тапу. - Даже мезлы боятся его, - убрав в карман деньги, он пошел дальше, подняв над головой вертела и зазывая посетителей: - Козлятина, не псина!

Антилопа присел, облокотившись спиной о брезентовую стену палатки, и принялся за еду, попутно рассматривая разнородную толпу посетителей, которая набилась в эту харчевню. Фраза, выражавшая всю философию жителей Семи Городов, звучала так: "Каждый раз, когда ты принимаешь пищу, представь, что это в последний раз", поэтому историк начал поглощать мясо на местный манер - торопливо и беспорядочно. Не обращая внимания на жир, испачкавший его лицо и капающий с пальцев, историк бросил листья на грязный пол, а затем по местному обычаю дотронулся до них своим лбом в знак величайшего уважения к Фалаху, чьи кости сгнили в иле Хиссарского залива. Внезапно глаза историка остановились на кольце одного старика, который стоял в толпе игроков. Антилопа поднялся и двинулся в его сторону, вытирая попутно жирные руки о свои бедра.

Собравшиеся образовали Круг Сезонов, внутрь которого обычно становились лицом друг к другу двое пророков, разговаривающих на сложном языке жестов. Со стороны это выглядело как причудливый танец. Пробравшись через толпу ротозеев, Антилопа увидел в Круге древнего шамана, чье седобородое, морщинистое лицо свидетельствовало о происхождении из клана семков, и стоящего напротив него мальчика лет пятнадцати.