Потом разберемся. Главное - успеть.

- Твоя жена тоже там. Только ее не пустили. Чтоб не предупредила, значит. А на меня никто не подумает. Я и улизнул потихонечку.

Гул и вопли я заслышал издалека. Зрелище, открывшееся там за поворотом дороги не оставляло никаких сомнений. Парень рядом со мной горестно вскрикнул. Поздно! Заслон Боевого Ордена прорван. Разъяренная толпа под водительством двух-трех монахов высаживала храмовые ворота.

Будь у меня к пяткам крылья приделаны, и то я не мог бы бежать быстрее. Я летел, что есть сил. И отхлынувшая толпа едва не сбила меня с ног.

Что там могло случиться? Если толпа пришла убивать, она убивает. Должно произойти нечто очень серьезное, почти невероятное, чтобы жаждущие крови повернули назад.

Я работал кулаками, локтями, коленями. Толпа не знала, куда ей податься: вперед, в храм - или подальше от него. Начиналась давка. Я вздохнул с облегчением, увидев Ахатани на дереве: там ее не затопчут. Когда я протолкался к храму, горло у меня саднило от крика, локти и костяшки пальцев - от соприкосновения с чужими ребрами, а под левым глазом красовался изрядный синяк.

- Сюда нельзя! - двое монахов с подоткнутыми полами бросились мне наперерез. В руках они держали не мечи - мирным монахам не мерзкое орудие - запретно! - а тяжелые дубины. Я начал было прикидывать, как мне с ними управиться, как вдруг они сами сникли и незаметно отошли куда-то в сторону. Я оглянулся.

За моей спиной с мечами наголо стояли трое бойцов Ордена. И откуда взялись? Ободранные, окровавленные, избитые. Едва вырвались из цепких рук толпы, они поспешили мне на помощь.

- Спасибо, ребята, - сказал я. - Век не забуду.

Они вошли следом за мной в распахнутый настежь храм. Хорошо бы еще знать, удастся ли нам снова выйти? Толпа вновь сгрудилась у дверей. Войти еще раз они почему-то пока не решаются, но и уходить - не уйдут.