— Ничего не сломано? Скорую вызвать?

— Нет, всё нормально, — помотал косматой головой велосипедист. — Спасибо, — он поднял глаза на Артёма — и тот, рассмотрев из-под длинной челки заросшее давно небритой щетиной лицо, недоверчиво прищурился.

— Димка? — неуверенно осведомился он.

Велосипедист настороженно уставился на Артёма.

— Я тебя знаю?

Теперь уже Артём не сомневался:

— Неужели не узнаёшь?

Димка молчал.

— Дим, да мы же с тобой первую карту вместе сдавали! И вторую… — тут Артём осекся.

— А-а, — в глазах Димки появилось узнавание. — Да, вторую сдавали…

Артём ругнулся про себя — вот ляпнул! Бросил беглый взгляд на давнего приятеля — и постарался спрятать, убить сочувствие, которое появилось в глазах. Димка был лучшим вояжером курса, его ждали головокружительные перспективы. И вот во что он превратился!

Видимо, Артём отвел взгляд недостаточно быстро — Димка, неузнаваемый из-за густой, давно не стриженной шевелюры, с досадой отвернулся, завозился с велосипедом. Бросил через плечо:

— Ну, а ты как? Третья сдана, четвертую открываешь?

Артём вздрогнул. Постарался взять себя в руки.

— Нет, не открываю.

— Что так?

— Четвертая карта… м-м… пропала.

Вот так. Прошедшие и грядущие годы бесцельности и пустоты — все они уместились в трех словах.

Велосипедист обернулся, и Артём с трудом подавил в себе желание отвести взгляд. Вот, значит, как он только что смотрел на Димку…

Чтобы скрыть замешательство, неловкость и досаду, он выпалил первое, что пришло в голову:

— Ну, а Даша там как?

И снова прикусил себе язык слишком поздно.

Димка отвернулся и завозился в велосипедом, бестолково прилаживая отвалившийся от руля блестящий, в мелкую ржавую крапинку, звонок, а потом, не поднимая головы, забормотал:

— Даша… Дашенька… Дай только время… Дай мне совсем немного времени… Потерпи еще чуть-чуть… Я уже почти…