– А плюс балл? - робко спросили с галерки.

– Если ответите на три и выше.

Галерка разочарованно загудела.

Пыря послюнил палец и вновь принялся за нарисованную рожицу.

– Ну, тогда я вызываю по списку - время истекло.

Могила скрючился над ведомостью так, что нос почти уткнулся в строчки. Запоздало подумалось, что проходить без очереди удобно не всегда.

– Скажем... Пыренковский.

Пыря сосредоточенно тер парту извозюканным пальцем.

– Пыренковский?

Костян пнул пырин стул. Не помогло. Двинул линейкой промеж лопаток. Пыря поднял мечтательный взгляд:

– А?

– Вы готовы?

Он с интересом заглянул в билет.

– А-а...

– Так вы идете отвечать или?..

– Я... а следующая пересдача когда?

Могила сунул в рот дужку очков.

– Была б моя воля - так никогда.

Отстрелялся отличник Федорченко, позади Костика передавали друг другу пачку шпор. Маринка беззастенчиво скатывала с лежащего на коленях учебника. Маячил в двери блестящий пырин глаз. Могила с шелестом развернул газету.

Костик оглядел девственную бумажную пустоту перед собой, вздохнул и ткнул индикатор злополучного прибора в собственный живот.

Сердце на мгновение затаилось, но ничего страшного не произошло, и оно успокоенно затикало дальше.

И тут его понесло.

В голове со свистом пролетали кавалькады сумбурных мыслей. Костик не успевал выплескивать их на бумагу, торопливо, царапая острым стержнем ровные клетки. Отбрасывал страницу, хватал следующую, краем сознания отмечая, как немеет непривычная к скорописи рука.

Могила поглядывал в его сторону с легким недоумением. Смешливая Маринка хрюкала в кулачок. А Костик строчил и строчил, и только почувствовав, как дурной пеленой застилает глаза, опустил глаза на генератор.

Тот подмигивал багровым.

Костик разинул рот, захлопнул. Попробовал еще раз.

– Выйти мне... можно?