Опустевший офис в высотке с зеркальными стеклами; Подполковник – у спутникового телефона правительственной связи:

– …Нет, я не рехнулся: эта линия защищена от прослушки… да, с гарантией. …Всё верно, именно так и обстоит дело: последний резерв Ставки, джокер из рукава. …Да, я берег ЭТО именно на такой случай, как сегодня. В твоем распоряжении двадцать минут, максимум – полчаса. …А потому что если позже, это на хрен никому уже не понадобится, вник? Всё, работай. До связи.

В дверях комнаты возникает вице-премьер; он уже в плаще – этой вековечной униформе советских и постсоветских чиновников.

– Весьма вам признателен, Сергей Ильич, – кивает на телефон Подполковник. – Да, и еще одна просьба…

– "Тетенька, дайте попить, а то до того есть охота, что аж переночевать негде!" – хмыкает вице-премьер. – А как насчет того, что «Моя благодарность будет безгранична в пределах разумного»?..

Автоматические камеры хранения Казанского вокзала. СтОит какому пассажиру извлечь из ячейки свой багаж, как рядом немедля возникает пара крепких парней специфической милицейско-бандитской наружности (таких пар в зале работает не меньше дюжины): «Антитеррористическая операция! Это ваша сумка? Предъявите содержимое…» Один (по всему видать – старший бригады) о чем-то лениво беседует с дежурным милиционером. Появившийся курьер передает старшему пакет: достаточно полная подборка изображений Робингуда и его вольных стрелков.

…А через сутки все неиспользованные за это время ячейки (их будет не так уж много) можно будет просто вскрыть – на вполне законном основании, в рамках всё той же «антитеррористической операции»…