– Это важно?

– Да.

Она искоса посмотрела на него, улыбнулась загадочно.

– Аленой.

– Меня – Лёнькой. То есть… Леонидом. Такой спартанский царь был, погиб при Фермопилах.

– Где это? – она очаровательно сморщила носик. – Подожди, подожди, не отвечай. Я знаю. Вспомню только. В Риме! Там рабы подняли восстание, а Спартак его подавлял. Ну, вместе с Леонидом, конечно… – увидев, как у мальчишки вытянулось лицо, Алена осеклась. – Что, неправильно говорю?

– Правильно, – не стал возражать он. – А еще есть такой метеорный поток – Леониды. Мне Петр Андреевич рассказывал, он астрономию у десятиклассников преподает. Леониды снова встретятся с Землей, когда мне исполнится восемнадцать. Всего-то пять лет подождать.

– Знаю, знаю! – обрадовалась Алена. – Падающие звезды на самом деле – метеориты!

Тут ее позвали родители; на этом и завершилось их первое, такое короткое знакомство. Второй раз – как бы официально – они познакомились на Дне рождения Игоря.

Встречались они редко – Алена приезжала от случая к случаю, и он жалел, что никак не удается узнать ее получше, поболтать о всяких пустяках и признаться, наконец, в своей огромной любви.

Бимка дал поймать себя на удивление легко, стоило только поманить свежей косточкой. И Лёнька понял, что утренняя приманка в виде пряника никуда не годилась. Он нацепил на шею собаки предусмотрительно взятый у соседей ошейник, привел Бима домой и привязал к яблоне. После чего сразу же помчался к Алене. Бим, довольный и благодушный, валялся под деревом и лениво мусолил дармовую кость. На верхней ветке злобно шипел не успевший удрать Василий; его неизменный наблюдательный пост был оккупирован врагом, и кот с голодной завистью пялился на полуобглоданный мосол.

С Аленой всё вышло так же просто. Лёнька заверил ее, что Игорь, конечно же, пошутил. Шутки у него такие – дурацкие. А Бим ждет, не дождется, когда Алена придет взглянуть на него.