- Куда ж ты рычаг засадил? - ворчливо упрекнул он. - Руку свихнешь, пока до темпоралки доберешься. Умелец хренов! Ладно, твоя взяла… На кухне договорим.

Еще тогда, в горнице, скинув форменное кепи и обнажив философскую плешь, участковый Перфильич стал заметно человечнее. Дубленое неумолимое лицо его исполнилось здравого смысла и спокойной житейской мудрости. А приняв первую стопку, деревенский детектив и вовсе отмяк.

- Мало мне браконьеров с самогонщиками… - бурчал он. - Теперь еще за тобой, Андрон, присматривай…

- Тебе-то чего жаловаться? - заметил тот, разливая по второй. - Прямая выгода…

- А хлопот сколько прибавилось?

- Ну а как ты хотел…

Если человек действительно мудр, ему одинаково близка любая идея и одинаково чужд любой способ ее осуществления. Ибо нет ничего уродливее воплощенной в жизнь мечты.

Так, голосуя за давнего своего дружка, колдуна Глеба Портнягина, известный противоестествоиспытатель Андрон Дьяковатый даже представить не мог, чем для него обернется Глебово президентство. Если раньше, до обретения Баклужином независимости, народному умельцу досаждали одни лишь недобитые академики, публично обличавшие его в шарлатанстве и невежестве, то теперь, когда нетрадиционное изобретательство наряду с колдовством было признано реально существующим, пришлось выйти из тени - прямиком под пристальное око государства.

Для начала вынудили выправить лицензию и обложили еще одним налогом. Дальше - хуже. Оказалось вдруг, что нарушение законов природы тоже должно происходить законным порядком. Хорошо еще участковый Перфильич доводился Андрону сватом, а то бы там не два, все двадцать два штрафа содрали.

- Ты совсем, что ли, не пьешь? - скорее сочувственно, чем сурово, обратился участковый к Димитрию.